Приветствую Вас, Гость! Регистрация RSS

FRAMSA

Воскресенье, 11.04.2021

Каждый раз на охоту как впервые. Часть 2.

Журналист издания Die Welt

Часть 1. читайте тут

В случае же аварийной посадки, мы и так ничего бы здесь не получили бы. Так по причине баллистического входа в атмосферу, как это происходило уже во время миссий «Союзов» ТМА-1, ТМА-10 и ТМА-11, область приземления могла сместиться на сотни километров. В 1975 капсула «Союза» приземлилась даже на 80 км за границей СССР на территории Китая. (Если посмотреть на карту, то для этого надо было, следуя из Казахстана, перелететь Монголию - прим. переводчика). Проблемой тут было разделение трех модулей космического корабля «Союз» перед входом в атмосферу (компоновку модулей корабля см. здесь).

Сервисный модуль (приборно-агрегатный отсек) притормаживает перед входом в атмосферу. В орбитальном модуле  сосредоточена полезная нагрузка. Незадолго до входа в атмосферу при срабатывании пирозамков эти модули отделяются от космического корабля (другими словами от капсулы) и сгорают в атмосфере. Если при разделении возникают неполадки или неправильно функционирует программное обеспечение, бортовая система управления автоматически выдает команду на включение баллистического варианта спуска для более крутого входа в атмосферу. При более пологом входе в атмосферу капсула может отразиться от атмосферы как брошенный плоский камешек от воды, прежде чем она, наконец, в нее войдет. При этом траектория спуска будет непрогнозируемо искажена.

Моторы машин-амфибий умолкают, ветер свистит в редких зарослях кустарника, тут и там молнией прошмыгивают суслики. Теперь остается только ждать. И надеяться. Однако мысли о благополучном исходе дела не помогают, поэтому мы произносим тост длительностью в минуту за здоровье космонавтов и пьем русский национальный напиток. Вскоре после этого начальник наземного спасательного отряда Сергей Сергеев, раздает своей команде официальные нашивки миссии «Союз ТМА-13». За 15 лет поисков приземлившихся «Союзов» 47-летний Сергеев был свидетелем и участником свыше 60-ти посадок. У него вырывается: «Каждый раз мы собираемся на охоту будто в первый раз.» Внутри его автомобиля-амфибии он гордо показывает на борту подписи космонавтов, которых он уже возил. Без 15-ти десять по казахскому времени, в то время как Сергеев еще рассказывает о растущем уровне адреналина, у Шарля Симони гормон уже в крови. Он сидит, скорчившись в капсуле «Союза» в 350 км над нами. Десятью минутами позже металлические пружины отталкивают космический корабль «Союз» от МКС (ISS). C этого момента все пойдет вниз: сопла рулевых двигателей направят «Союз» на более низкую орбиту, и пока корабль еще каких-то два раза обернется вокруг Земли Сергеев и Бэргвайлер будут волноваться. «Все должны находиться в амфибиях или в машинах», говорит Бэргвайлер. При угрозе падения капсулы нам на голову, мы должны иметь возможность быстро убраться».

В то время как мы нервно сидим в автомобилях, в 12.24 корабль «Союз» зажигает тормозные двигатели. Всего по прошествии пяти минут сервисный и орбитальный модули успешно разъединяются. Теперь спускаемый аппарат бешено несется к атмосфере и в 120 км от земли раскаляется. Все системы работают штатно. Из-за трения при вхождении корабля в атмосферу под оптимальным углом между шестью и семью градусами образуется горячая плазма с температурой свыше 1000 градусов. – скорость преобразуется в высокую температуру, тепловой экран проплавляется, радиосвязь пропадает. На космонавтов действует перегрузка в 3-4 g.

Мы выходим из автомобилей и всматриваемся в сверкающее солнце. Голубое небо безукоризненно – ни единого пятнышка. «Здесь!» Бэргвайлер не кричит, он пребывает в каком-то зачарованном оцепенении. Двойной звуковой удар прогремел над степью и силой своего звука возвестил о прибытии из Вселенной трех человек. Первые парашюты тормозят капсулу до скорости 300 км/час. Она летит под углом к горизонту, со шлейфом дыма от отброшенной крышки тормозного парашюта, похожая на тропическую медузу в океане. Мы всматриваемся в сторону солнца, пока не заболели глаза, потом открывается главный парашют и капсула «Союза» со скоростью 25 км в час парит над казахским степным простором. «Теперь все хорошо», вздыхает Бэргвайлер с облегчением, «теперь главный парашют раскрылся». И уже на горизонте появляются русские вертолеты. Два из них сопровождают парящую капсулу – но куда? Немного позади холмистая гряда. «Полный газ!», теперь уже кричит Бэргвайлер.

Мы мчимся по степи, наши головы, следящие за капсулой, прилипли к стеклам. Казахская степь как нельзя лучше подходит для района посадки, потому что здесь огромные пустынные просторы. Но недалеко от нас находятся железнодорожная насыпь и улица. Водитель грузовика в изумлении. Всего лишь в полукилометре лежит маленькая обугленная вещь, которая сюда упала прямо с неба. Вокруг какофония рокота вертолетов и голосов людей.

Не доезжая 20-ти метров, наш водитель нажимает на тормоза, и мы бежим к линии оцепления. Красно-белая полосатая пластиковая лента натянута в каких-то трех метрах от капсулы. Капсула лежит тут и от нее исходит сильный запах. Толстые проклеенные специальной смолой асбестовые слои полностью обуглены. Только днище, где находился отстреленный потом теплозащитный экран, невредимо. Под ним находятся тормозные твердотопливные двигатели, которые погасили скорость за несколько метров до земли. Перед входным люком в капсулу сидит в кресле-качалке командир корабля Александр Лончаков и счастливо улыбается. Как и его коллега Финке он полгода провел на борту МКС _Международной космической станции. Скоро и Симони «освободят из плена» капсулы объемом только лишь 3,5 кубометра. Тогда тройка будет укомплектована. Все трое в добром здравии. Посадка прошла образцово. Трое из Вселенной улыбаются, смеются и балагурят. Охота на космических странников имела счастливый конец.